O понимании. Чудесный случай
Диспут между ходжой и дехри Когда Тимурленг был в Акшехире, пришел в город дехри
(философ-материалист) и объявил: "Я хочу предложить
вопросы. Если есть у вас искусные ученые, давайте
устроим состязание". Тимурленг собрал именитых
граждан города и сказал: "К нам пришел со стороны
ученый и хочет состязаться с вами в науках естественных и материалистических. Он странствует,
ходит по всему свету. И если вы не выставите против
него человека, ум которого постиг различные науки, он
повсюду расславит, что в Руме ученый люд иссяк и
исчез, а это поведет к умалению нашего достоинства
среди государств и народов". Старейшины города устроили совещание и сперва хотели
было с сожалением признаться, что, действительно, у
них ученых нет, но потом подумали: "Нет, так не годится,
нужно найти выход из положения и спровадить эту
погань". Они решили вызвать ученых из Коньи, Кайсери,
но кто-то заметил: "Звать ученых со стороны, — на это потребуется много времени, и этим мы только обнаружим
собственное ничтожество, да это и унизит нас среди
жителей нашего города. Говорят ведь: "Умный совет идет
от дураков". Давайте узнаем, как смотрит на это наш
ученый ходжа. Может быть, он что-нибудь придумает, и
мы сплавим этого чужака, который нашего языка не знает". Все нашли это предложение удачным и, позвав ходжу,
рассказали ему, в чем дело. "Ладно, — заметил ходжа,
— вы предоставьте это мне. Если я утихомирю его
метким ответом, — ну великолепно; а нет, так вы
скажете: "Это — человек тронувшийся, дувана, и сам
залез сюда на собрание". И вы выставите против него другого, ученого человека. Только, если будет мне удача,
— от всех вас я желаю подарочек. Благоволение
государя в счет нейдет". — "Голубчик ходжа, —
закричали старейшины, — ты только не посрами нас, а уж
там, что пожелаешь — все для тебя сделаем". В назначенный день на площади города были разбиты
палатки, и эмир Тимурленг со свитой, все одетые в
золото, разукрашенные, величавые, предстали в военных
доспехах и оружии. Потом явился и дехри, растрепанный
весь, чудной, и уселся около Тимурленга. Когда все
собравшиеся расселись, стали поджидать ходжу. Вот, каконец, пришел и ходжа с громадным сарыком на
голове; на нем надет был биниш с широкими рукавами;
позади шли Хаммад и другие его ученики. Ходжу
посадили по правую руку государя. Выпили шербет, и, когда передохнули, выступил вперед
дехри и торжественно очертил круг, потом, как бы требуя
от ходжи ответа, взглянул ему в лицо. Ходжа поднялся и,
проведя как раз по середине круга черту, разделил таким
образом круг на две части и тоже посмотрел на дехри.
Потом провел еще черту, перпендикулярно к первой, и разделил круг на четыре равные части. Делая знак рукой,
он три раза как бы тянул к себе, а одну часть как бы
отталкивал в сторону дехри и опять посмотрел на него.
Дехри знаком одобрил решение ходжи, давая понять, что
он знает эту задачу. Потом дехри сложил руку в виде
распустившегося тюльпана и несколько раз поднял пальцы кверху. А ходжа сделал наоборот и, держа
ладонь книзу, опустил пальцы; дехри опять согласился.
Наконец дехри указал на себя и, изображая пальцами, как
будто это ходит зверь по земле, провел себе по животу,
как будто оттуда что-то выходит. А ходжа достал из
кармана яйцо и, показав его, начал махать руками, изображая, что он летит. Дехри одобрительно закивал. Он
встал и, склонив почтительно перед ходжой голову,
поцеловал ему руку и поздравил государя и вельможей
города, что среди них находится такое "чудо времени". Присутствовавшие на собрании были очень обрадованы
исходом и со своей стороны тоже поздравили ходжу,
избавившего их от срама. Все начали подносить ему в
подарок деньги, заранее приготовленные на всякий
случай, а кто пообещал дать после; Тимурленг тоже
осыпал ходжу драгоценными дарами. Когда все разошлись, падишах, приближенные и
вельможи города отозвали дехри в сторону и через
переводчика сказали ему: "Из ваших знаков мы ничего не
поняли. Что вы говорили ходже, и что он такое вам
ответил, что вы признали это соответствующим истине?"
Дехри объяснил: "Между учеными греческими и учеными еврейскими существует разногласие о сотворении мира.
Так как мнение мусульманских ученых об этом мне не
известно, я очень хотел узнать истину. Я поэтому
изобразил шаровидность земли. Ходжа мало того, что
подтвердил это, — он еще линиями, проведенными им,
разделил землю на северное полушарие и на южное полушарие. Потом он провел еще линию,
перпендикулярно к первой, и три части потянул в свою
сторону, а четвертую — ко мне, — он хотел сказать, что
три части земного шара — вода, а одна четверть — суша:
так он объяснил "семь климатов" земли. Потом, чтобы
обследовать тайны создания и творения, я поднял пальцы кверху, указывая на растения, деревья,
источники, рудники. А ходжа, наоборот, опустил пальцы
книзу и тем, согласно последним изысканиям ученых,
правильно объяснил мне, что все это — благодаря
дождям, изливающимся с неба от действия солнечного
света и прочих высших небесных тел, и что так рождаются и произрастают на земле творения. Тогда,
показывая на себя, я говорил, что творения, возникающие
на земле, размножаются путем дифференциации частей;
при этом я, по-видимому, о значительной части
одушевленных предметов выразился неясно. А ходжа
достал из кармана яйцо и, делая рукой движения, как будто он летит, намекнул на летающих тварей. Таким
образом, кратко, но вразумительно он высказался о
создании мира и о многочисленности человеческого рода.
Из этого я понял, что ваш ученый действительно гений,
обладающий знанием наук небесных и земных, или,
иными словами, наук осязаемых и реальных. И вы можете гордиться, вы, его земляки и соотечественники,
таким ученым знатоком естественных наук". Проводив дехри с почестями и подарками, все окружили
теперь ходжу и стали расспрашивать также его. Ходжа
сказал: "Ну что там говорить! Это человек больной,
жадный, голодный, как собака. Вы-то наговорили мне про
него, что он — ученый, и только напрасно взволновали
меня. Я пришел; как вы видели, он очертил рукой круг, — он подумал: "Ах, вот если бы был поднос с пирожками!" Я
сперва разделил поднос надвое, по-братски; смотрю, а он
и в ус не дует. Тогда я разделил на четыре части: три
части взял себе, а одну часть дал ему. Бедняжка
согласился и закивал головой, как бы говоря: "Мне и
этого довольно", — хотя, на самом деле, он хотел больше. Потом он сказал: "Вот если бы изготовили плов,
мы бы покушали!" А я прибавил: "Да, но нужно сверху
посыпать сольцы, положить перцу, фисташек, изюму и
так далее". Так мы разрешили и этот вопрос. Потом он
показал себе на живот, а рукой показал, что он пришел
издалека и давно уже не кушал ничего вкусного. А я сказал ему, что я еще более проголодался, чем он: от
пустоты в желудке я так потерял в весе, что могу летать,
как перышко. Встал я утром, и жена всего-то и дала мне
яичко. А тут вы пришли за мной, и я не успел съесть
даже яйцо и положил его про запас в карман. Вот и все". Присутствующие, вспоминая изречение: "Что я спросил у
тебя? А ты что понял? Удивительная история!" —
изумились тому, как, несмотря на разность восприятия,
вопросы и ответы удовлетворили обе стороны.
С этой записью также читают:
